немного огня – середина пути (с)
Его глаза - подземные озёра,
Покинутые царские чертоги.
Отмечен знаком высшего позора,
Он никогда не говорит о Боге.
Его уста - пурпуровая рана
От лезвия, пропитанного ядом;
Печальные, сомкнувшиеся рано,
Они зовут к непознанным усладам.
И руки - бледный мрамор полнолуний.
В них ужасы неснятого проклятья.
Они ласкали девушек-колдуний
И ведали кровавые распятья.
Ему в веках достался странный жребий -
Служить мечтой убийцы и поэта,
Быть может, как родился он, - на небе
Кровавая растаяла комета.
В его душе столетние обиды,
В его душе печали без названья.
На все сады Мадонны и Киприды
Не променяет он воспоминанья.
Он злобен, но не злобой святотатца,
И нежен цвет его атласной кожи.
Он может улыбаться и смеяться,
Но плакать... плакать больше он не может.
Н. Гумилев
Покинутые царские чертоги.
Отмечен знаком высшего позора,
Он никогда не говорит о Боге.
Его уста - пурпуровая рана
От лезвия, пропитанного ядом;
Печальные, сомкнувшиеся рано,
Они зовут к непознанным усладам.
И руки - бледный мрамор полнолуний.
В них ужасы неснятого проклятья.
Они ласкали девушек-колдуний
И ведали кровавые распятья.
Ему в веках достался странный жребий -
Служить мечтой убийцы и поэта,
Быть может, как родился он, - на небе
Кровавая растаяла комета.
В его душе столетние обиды,
В его душе печали без названья.
На все сады Мадонны и Киприды
Не променяет он воспоминанья.
Он злобен, но не злобой святотатца,
И нежен цвет его атласной кожи.
Он может улыбаться и смеяться,
Но плакать... плакать больше он не может.
Н. Гумилев
Гумилёв, он вообще... очень готично-эстеичен =)
Одно из любимых (наравне с "Волшебной Скрипкой"). Навевает на мысли о Портрете Дориана Грея.
Навевает на мысли о Портрете Дориана Грея.
М-м, наверное. Но у меня главная ассоциация - с Призраком Оперы все же. собственно, с одного форума по ПО я и вытащила это стихотворение
В его душе столетние обиды,
В его душе печали без названья.
На все сады Мадонны и Киприды
Не променяет он воспоминанья.
В остальном же - стопроцентный Дориан. Все эти услады и тому подобное... От стихотворения веет какой-то греховной внешней красотой, оно слишком плотское.
*задумалась* хотя... если брать Призрака-89, то, в чём-то действительно подходит)
Может быть, это во мне говорит
реинкарнациябольшая поклонница Оскара Уайльда, которая уже давно при первом же прочтении этого стихотворения связала его с одной из своих любимых книг, да так сильно, что теперь в отрыве от неё его уже не воспринимает =)Ухх, хотя атмосфера определённо призраковская =)
*задумалась сама* Интересно, это у меня на волне недавнего просмотра такой заскок? х) Хотя, честно говоря, сначала ассоциировалось у меня с Призраком-2004 под небольшой редакцией....
Может быть, это во мне говорит реинкарнация большая поклонница Оскара Уайльда, которая уже давно при первом же прочтении этого стихотворения связала его с одной из своих любимых книг, да так сильно, что теперь в отрыве от неё его уже не воспринимает =)
И это тоже возможно)
Точно так же как и то, что мы по-разному воспринимаем одни и те же строки. Я вот,видимо, воспринимаю все слишком образно и метафорично,умудряясь эти образы проецировать на Призрака.
Если интересно, могу попытаться подробнее рассказать свою точку зрения)
Очень интерсно! Безумно хочется посмотреть на это стихотворение свежим взглядом, под другим углом.
подземные озёра, - наверное, про озеро под Оперой можно не говорить - самая первая ассоциация.
Покинутые царские чертоги. - *вспоминая, как минимум, ПО-2004* согласитесь, логово Призрака - царские чертоги, он ведь сам говорит нечто похожее - в духе "привел тебя к трону Музыки".
Отмечен знаком высшего позора, - без комментариев, без этого не было бы истории.
Он никогда не говорит о Боге. - не помню как насчет книжного, но фильмовский Призрак о нем точно не вспоминает - как в плане "говорит", так и в плане следования заповедям божьим. Иначе Буке и Ко не отправились бы на пмж в посмертие так быстро и экстравагантно.
Его уста - пурпуровая рана - уста, песня, музыка, создаваемая Призраком - ведь так он высказывает свои чувства (далеко не безмятежные, скорее наоборот, и очень часто "окровавленные" ,"пурпуровые"- преисполненные болью).
От лезвия, пропитанного ядом; - "верхний мир", мир людей, который не принял его, обрек на такое существование.
Печальные, сомкнувшиеся рано, - можно понять, как "зов, не достигший умов и сердец" и более буквально - гибель книжного Призрака.
Они зовут к непознанным усладам. - вспоминаем Эрика, его желание быть "таким же, как все", иметь жену, с которой он будет петь, гулять по Тюильри и т.д., желания, которым не было суждено сбыться. Ну, или вспоминая мюзикл/фильм - диалог Кристины и Призрака после "Down once more" про радости плоти.
И руки - бледный мрамор полнолуний.
В них ужасы неснятого проклятья. - насчет "бледного мрамора полнолуний" сложно что-либо сказать, разве что про то, что в "верхний мир" Призрак мог спокойно выходить лишь под покровом ночи, при свете луны. Насчет же "ужасы неснятого проклятья" все достаточно понятно. Можно даже чисто ассоциативно-подсознательно вспомнить "Красавицу и Чудовище" (чем не архетип, чем не один из прототипов Кристины и Призрака?) - где поцелуй и любовь красавицы снимали проклятье, чего не случилось в ПО? (ну, я имею в виду "дословно" - ни Красавица не осталась, ни уродство не исчезло - только в отношении души)
Они ласкали девушек-колдуний
И ведали кровавые распятья. - здесь тоже метафорично-ассоциативно. * хотела написать про одну интересную мысль из какого-то фанфика и в качестве примера привести "Человека, который смеется", но поняла, что не очень уверена в данном аргументе * В общем, ассоциация первая. Колдуньи - шабаш - безумие - проклятье - мир, не принимающий его - небеса, не щадящие его. Ассоциация вторая. "Девушки-колдуньи" - экзальтированные девицы, интересующиеся уродами - в понятном смысле, я думаю. До души им дела нет, а все остальное - вовсе не "непознанные услады", к которым взывают уста, а скорее оскорбление, еще одно несчастье.
Ему в веках достался странный жребий -
Служить мечтой убийцы и поэта,
Быть может, как родился он, - на небе
Кровавая растаяла комета.
Призрак - гений. Он музыкант, композитор, певец, художник, архитектор... Но при этом - он и убийца. Гений и безумец, две стороны одной монеты. Быть может, могла бы "растаять кровавая комета" - жесткосердие людей, поддавшись его творениям, но... но... *возвращаясь к "печальные, сомкнувшиеся рано"*
В его душе столетние обиды,
В его душе печали без названья. - разумеется, "столетние" - не буквально, но все же - скопленные за многие годы обиды,печали,которых так много, что им уже не хватает названий.
На все сады Мадонны и Киприды
Не променяет он воспоминанья. - ну, на "Мадонне" я сразу вспоминаю Кристину, его Ангела музыки, и именно воспоминания о ней он не променяет ни на какие райские сады.
Он злобен, но не злобой святотатца, - он может показаться святотатцем, но на самом деле им не является. Ведь святое для него - Музыка и Кристина, а уж их он предать не может - как бы не страдал, как бы ни был озлоблен.
Он может улыбаться и смеяться,
Но плакать... плакать больше он не может. - здесь я, может быть, все-таки объединю слезы и смех, но разделю их по причинам, что важнее. Он может смеяться - от забавности или глупости чего-либо, это может быть горький смех, это может быть любая маска, но слезы - настоящие слезы, его подлинные слезы, видела только Кристина и они навсегда принадлежат лишь ей.