Специально ради «
Графа Монте-Кристо» я не стала бы приезжать: это отнюдь не самый любимый мной мюзикл Фрэнка Уайлдхорна - ни музыкально, ни сюжетно. Собственно, Уайлдхорн частенько пишет свои мюзиклы по мотивам не оригинальных книг, по снятых по ним фильмов - это было очевидно еще по "Алому первоцвету", "Джекиллу и Хайду" и "Дракуле", например. Очевидно, в случае с ГМК композитора тоже вдохновлял фильм - "классическая" голливудская "Загадка графа Монте-Кристо" 1934 года. Проблема не в источнике вдохновения, а в его сути, которая - на мой взгляд - выхолащивает идейную ценность конкретной литературной основы. Все-таки ГМК - это история о предательстве, мести и их цене, а не о любви с внезапным счастливым концом в болливудском духе, вызывающая ассоциации с анекдотом про забивание гвоздей микроскопом.
В дополнение к этому обстоятельству фото- и видео-материалы, появившиеся после премьеры, меня тоже не воодушевляли, визуальное решение спектакля не казалось мне близким. В общем, я была предвзята и пошла на спектакль только потому, что уже была в Петербурге и в понедельник вечером мне совершенно нечего было делать.
Но неожиданно спектакль оставил у меня вполне положительные впечатления.
В первую очередь стоит сказать, что уайлдхорновский ГМК - мюзикл скорее для сердца, чем для ума. Даже в сравнении с другими мюзикловыми адаптациями, здесь очень мало внимания уделено линии цены предательства и мести: здесь это просто начальный двигатель сюжета, вращающегося вокруг проверки истинности любви Эдмона и Мерседес, а не важный философский и этический вопрос, выявляющий истинные лица всех героев. Если сразу принять это за "правило игры" и абстрагироваться от книги Дюма и других ее инкарнаций, то от мюзикла можно получить неподдельное эстетическое удовольствие. Живой оркестр и новые аранжировки придают музыке особенно насыщенное звучание, в котором можно услышать и тревожное штормовое море, и хрустальный звон званных вечеров в Париже. Иллюзия ночного звездного неба над сценой незаметно затмевает некоторую условность декораций, которые позволяют полностью задействовать сценическое пространство (в этом плане особенно хороша сцена "Я буду здесь" / Niemals allein, которая, к тому же, является сюжетной и идейной квинтэссенцией всей этой истории) и придать действию динамичность. Впрочем, все это служит скорее выгодным фоном для отличных вокальных и актерских работ, которые-то в большей степени и трогают сердце, вместе с музыкой (и только попробуйте сказать, что "Ад у порога" / Hölle auf Erden не вызывает у вас дрожь!) взывают к эмоциям зрителей, предлагают присоединиться к пиршеству чувств: любовь, зависть, предательство, жажда справедливости и, наконец, снова любовь. (Классика приключенческого жанра, что еще сказать.)
Состав – 24.09.2018Эдмон Дантес / Граф Монте-Кристо - Евгений Шириков
Мерседес - Вера Свешникова
Фернан Мондего - Федор Осипов
Жерар де Вильфор - Сергей Брага
Данглар - Константин Китанин
Аббат Фариа - Андрей Матвеев
Луиза Вампа - Наталия Диевская
Альбер Мондего - Игорь Кроль
Валентина де Вильфор - Мария Плужникова
Джакопо, матрос - Алексей Штыков
Эдмон Дантес / граф Монте-Кристо - Евгений ШириковЭдмон Дантес / граф Монте-Кристо - Евгений Шириков. Невероятно простой и наивный юноша, который до разъяснений аббата Фариа даже не может себе представить, до каких низостей могут довести людей зависть, ревность, жадность, карьеризм. Открытие глубины постигшего его предательства сжигает его практически дотла; гнев, отчаяние и жажда мести ввергают его в пучины персонального ада, в сравнении с которым кошмары замка Иф с их благословенным неведением - просто ничто. Явившийся из этого ада граф Монте-Кристо - ревенант, тень человека, которым он когда-то был. Тень пугающая, величественная, беспощадная, и все же - тень, которую отбрасывает человек с чистой душой, тяготящийся устроенным им самим адом и стремящемся вырваться из него точно также, как до этого вырвался из замка Иф. Точно также - чудом, имя которому - любовь. Можно сомневаться в реальности такого чудесного спасения и душевного возрождения, но к игре Евгения придраться сложно. Образцовый романтический герой, положительный вопреки всем обстоятельствам. Отдельно хочется отметить сильный и глубокий голос, а также манеру исполнения, чем-то напоминающую мне Георга Отса.Мерседес - Вера СвешниковаМерседес - Вера Свешникова. На мой взгляд, главное украшение спектакля, настоящая жемчужина. В исполнении Веры именно Мерседес и ее жизненный путь, попытка сохранить живую человеческую душу в череде безжалостных компромиссов и сделок с совестью, становятся центральной темой мюзикла. Такая хрупкая - и такая сильная. Юная, ребячливая, неподдельно влюбленная и счастливая - и несчастная, рано поседевшая, но сохранившая чувство собственного достоинства, способность сострадать и любить. Восхищаюсь тем, как Вера умеет играть - невероятно осмысленно, драматично, но в то же время будто бв невесомо, без единого перегиба. В ее "Весь этот мир" / Wie mich die Welt umarmt я совершенно влюблена, и дело отнюдь не только в волшебном чистом, но очень сильном голосе.Фернан Мондего - Федор ОсиповФернан Мондего - Федор Осипов. Однозначно отрицательный персонаж, но не низведенный до карикатурности. Осипов решает этот образ в несколько нервическом ключе, и это выглядит очень органично и уместно, делая яснее историю деградации человека и иллюстрацию тезиса "на чужом несчастье счастья не построить". Симпатии этот человек не вызывает, но в то же время можно понять его личную драму: даже не воскресни Эдмон как граф Монте-Кристо, его тень вечно стояла бы между Фернаном и его счастьем, и имя этой тени - жгучая ревность: ведь что бы он ни делал, Мерседес продолжала любить Эдмона, а Альбер оставался его сыном (раз уж так решили создатели мюзикла).Луиза Вампа - Наталия ДиевскаяЛуиза Вампа - Наталия Диевская. Эффектная женщина, которая умеет преподносить сюрпризы и не становиться заложницей амплуа. Именно на ее долю пришлись наиболее смелые музыкальные и концептуальные эксперименты. Наталия справилась и с рэпом, и с созданием образа в хорошем смысле бой-бабы, сумев оттенить им свою яркую женственность и бэкграунд ставших привычными ролей Магды, Люси Харрис, Уллы или Велмы Келли (да, даже в сцене "Тарантелла" на римском карнавале). За броской внешностью и эффектным образом таится неожиданно сбалансированный подход к внутреннему наполнению роли, благодаря которому превращение Луиджи в Луизу воспринимается намного лучше, чем можно было бы ожидать.Альбер Мондего - Игорь КрольАльбер Мондего - Игорь Кроль. Нервный (в такой семье - без шансов) молодой человек, терзающийся своим бессилием. Есть что-то в нем от кронпринца Рудольфа из "Элизабет": он хотел бы взять на себя ответственность, но не находит у окружающих признания, что он дорос до этого, и от собственного бессилия (в случае Альбера - неспособности дать отпор отцу и защитить мать) спасается в эскапизме, будь то подчеркнуто юношеская, неформальная одежда, влюбленность в Валентину или желание вместе с друзьями свалить от всех проблем на римский карнавал. Когда же обстоятельства наконец сталкивают его один на один с необходимостью принять первое взрослое решение, он ожидаемо путает формальную защиту семьи (вызов Монте-Кристо на дуэль) с настоящей, требующей от него сохранять хладнокровие и позаботиться о матере и невесте. Сам он не справляется - от страшного исхода обоих дуэлянтов спасает Валентина, поэтому Альбера ждет еще одно, более страшное испытание. Очень несправедливое и сомнительное с точки зрения идеи, которую вольно или невольно транслируют авторы мюзикла, воссоединяя Эдмона и Мерседес ценой того, что Альберу (не Эдмону!) приходится убить человека, которого он всю жизнь считал родным отцом. Я могу много нелицеприятного сказать о таком "хэппи-энде" ("сынок, не переживай, ты убил не настоящего папу, твой настоящий папа - вот!" *фейспалм* ), и, как мне кажется, в финале именно эту гамму эмоций - от неверия до ужаса и отчаяния - играет Игорь, чей герой нежданно-негаданно оказался главным козлом отпущения.Валентина де Вильфор - Мария ПлужниковаВалентина де Вильфор - Мария Плужникова. Хрупкая белокурая девчушка, едва ли не до бессловесности робкая и тихо влюбленная в Альбера. Но в решающий момент именно она, рыдая от страха, оказывается способна на недюжиные решительность и смелость. Своим вмешательством в дуэль она не только спасает жизнь Альберу, но также пробуждает человеческие чувства в Монте-Кристо и напоминает Мерседес о том, какой она сама когда-то была: несгибаемой и бесстрашной в своей вере и любви. Очень удачен контраст этой внутренней силы духа и ангельской внешности девушки-ребенка, от которой-то никто ничего подобного не ожидал. Жаль, что в петербуржской постановке героиню лишили сольной арии.