Как многим, наверное, известно, я с изрядным скепсисом отношусь к постановкам
«Элизабет» последних лет в силу особенностей подбора актеров на главные роли. Есть, конечно, вероятность попасть на очень удачный второй/третий состав (как, например, Яннеке Иванкова в Вене-2012), но в случае с зарубежными спектаклями подловить такой момент несколько проблематично. Особенно – в гастрольной версии.
Изначально я не собиралась на нее ехать, так, краем уха отмечала новости. Я научилась быть несколько лояльнее к исполнительницам роли Элизабет, да и о самой Роберте Валентини ничего плохого сказать не могла, а вот перспектива _снова_ попасть на дер Тода в исполнении Марка Зайберта меня откровенно пугала. Опять таки, ничего плохого о самом Марке сказать не могу, просто он – абсолютно не «мой» дер Тод. А ехать смотреть на одного Лукени – это чересчур даже для меня
Но в июле до меня дошло, что Мате Камараш не просто успел засветиться в этой гастрольной постановке – он вот прямо сейчас, до конца проката, играет в австрийском Линце, а в Австрию мне по-любому придется ехать по делам. Не скажу, что я прямо поклонница Камараша, но пренебречь возможностью увидеть его дер Тода вживую я не могла. Поэтому, кусая локти, что из-за практики я не могу поехать раньше, я взяла чуть ли не последние билеты на 7 августа – по данным на тот момент, последний спектакль Камараша.
И это «на тот момент» сыграло со мной злую шутку =) Камараш не был бы Камарашем, если бы он _внезапно_ не заболел и не забил бы на остаток своих спектаклей, кроме последнего – который перенесли с 7 августа на следующий день. К этому я была уже морально готова, но наивно надеялась увидеть на замене Мартина Маркерта, который приглянулся мне на видео из Шанхая (кто бы мог подумать, что можно быть одновременно похожим на Мате Камараша и Яна и Амманна?)). Но я была бы не я, если бы из 4 дер Тодов не выцепила самого «младшего», так сказать, Смертенка-на-стажировке, и не уверилась в том, что вживую в «Элизабет» мне по жизни придется любоваться исключительно на Лукени и Рудольфов *смеется*
Однако, обо всем по порядку.
Маршрут Вена-ЛинцМаршрут Вена-Линц занимает от силы 2 часа на поезде от венского Westbahnhof, а линцевский вокзал расположен на той же улице, что и новое здание Landestheater Linz, до которого можно дойти пешком минут за 10 и вечером, после спектакля, спокойно уехать обратно в Вену. Сам театр, повторюсь, построен буквально несколько лет назад, чист, аккуратен и достаточно удобен. Оформление зала, конечно, скромное, но сам зал достаточно удобен, а еще лучше – плюшки при заказе билетов через сайт театра. Я долго искала фотографии зала, чтобы определиться с местами, пока не поняла, что прямо при бронировании билетов есть функция «бинокля» - высвечивается фотография обзора сцены с конкретного, выбранного только что места. Так что Hochparkette (я бы перевела это как амфитеатр, но в Европе залы немного по-другому устроены) вполне оправдал заявленную на него цену.Пара слов о гастрольной постановкеСобственно, показывали хорошо известную многим гастрольную постановку – т.н. берлинские декорации («зеркальный» задник с проекциями, лодка-крыло и прочее) с вкраплением венских элементов (карета в Танцен-виле). Я не раз видела все это на записях, где оформление сцены не производило на меня впечатления. Однако вживую все смотрелось органично и намного эффектнее. Полагаю, дело в угле зрения для проекций, во всяком случае, в зрительном зале эффект погружения был. Даже больше: сидя в зале, я даже прониклась концептом постановке. Но не без некоторых замечаний. Из того, что запомнилось больше всего:
1) Венская карета здесь все же лишняя. Не скажу, что орел был хорош сам по себе, но смотрелся более уместно и не вызывал смешки, как карета, с трудом разворачивающаяся на сцене, чтобы пролезть в узкий проем в «зеркальном» заднике.
2) Ладья-крыло, на которой дер Тод является в «Elisabeth, mach auf, mein Engel». В принципе, конструкция красивая и не лишенная смысла. Но как-то недовведенная до ума – не здесь конкретно, а в первую очередь во второактных «Die Schatten warden laenger». Почему в ладье стоит такая стремная скамейка, которую будто забыли заменить после репетиций? Я смотрела и боялась, что ее тонкие ножки просто подогнутся под весом дер Тода и Рудольфа. Другой момент – я бы раскрыла тему ладьи поподробнее, раз уж за нее не взялись. Почему бы не использовать ее для транспортировки погибших – Рудольфа и Элизабет? Если смерть первого меня постановкой не смутила, то вторую опять некрасиво бросили на движущуюся платформу и отправили за кулисы вслед за зонтом. Почему бы не увезти ее за кулисы на той же ладье?
3) Кто-нибудь, уберите дуэтное Рондо Т___ТЧто касается состава, то, признаться честно, за исключением дер Тода мне очень повезло (хотя обиды на закон подлости не затмило, конечно):
07.08.15 – 19:30Elisabeth – Roberta Valentini
der Tod – Christoph Apfelbeck
Luigi Lucheni – Michael Souschek
Franz Josef – Maximilian Mann
Sophie – Angelika Wedekind
Kronprinz Rudolf – Thomas Hohler
Herzogin Ludovika/Frau Wolf – Caroline Sommer
Max in Bayern – Dennis Kozeluh
Rudolf als Kind – Florian Poellhuber
Элизабет – Роберта ВалентиниЭлизабет – Роберта Валентини. Роберта была чудесна, а ее Элизабет оставила очень светлое впечатление женщины-дитя. Его дополняются черты лица и голос с легкой хрипотцой, который для меня звучал очень приятно. Я не очень люблю трактовку «она была милой девочкой, но придворная жизнь ее сломала» и предпочитаю Элизабет с более жестким характером, но чуть ли не впервые такой подход вызвал у меня искреннее сочувствие. Элизабет-Роберта очень ребячливая и непосредственная, но при этом не кажется глупой и инфантильной. Очень искренняя и нежная девочка, которая очаровывается Черным принцем, но все же стремится именно к жизни и по-настоящему влюбляется в Франца. Но дворцовая жизнь подрывает ее доверие к мужу и вообще ко всем, заставляет замкнуться и искать в себе жесткость и порой даже жестокость, чтобы защитить свое «личное пространство». Не знаю, почему именно этой истории я сопереживаю. Возможно, дело в том, что Элизабет-Роберта становится императрицей, которая «muss glanzen», не из гордыни, а в попытке защититься? Так или иначе, это история о том, как окружение начинает ломать человека, а он сам завершает эту работу, выбрав неверный путь. И Элизабет вроде чувствует эту ошибку, а признаться и повернуть назад уже не может – и потому ждет освободительного удара заточкой.Дер Тод - Кристоф Апфельбекдер Тод – Кристоф Апфельбек. Сложно найти золотую середину между объективностью и впечатлениями, затемненными досадой от замены. С одной стороны, не могу ругать Кристофа – на сцене он держался весьма естественно, откровенных петухов не пускал, тембр голоса мне понравился, а что опыта у него пока не очень много (и вообще он брюнет, но при этом не Аддо Круизинга)) – не его вина. С другой, в моем понимания у дер Тода должен быть очень заметный «эффект присутствия». Можно спорить о трактовках, но что Крёгер, что Камараш, что многие другие Тоды появлялись на сцене – и ты забываешь смотреть на кого-то еще. Должна быть энергетика. С энергетикой же у Кристофа было сложно – он крайне ровно и безэмоционально (хотя были неплохие моменты интонирования) спел что «Der letzte Tanz», что «Wenn ich tanzen will» (что надо умудрится), при этом здорово выложился в Прологе и в обеих репризах «Die Schatten warden laenger». В первом акте меня это вообще потрясло – я очень ревностно отношусь к первой репризе Теней: мало кто, на мой вкус, может спеть их достаточно проникновенно и с нужным оттенком жути. Апфельбек сумел. Также органично он смотрелся в Прологе, вторых Тенях, «На палубе тонущего мира…» и т.д.. Меня этот контраст так удивил, что я даже не отследила целого образа. Осталось лишь недоумение: неужели и этот – всего лишь воплощенная функция рока, не так уж заинтересованная в Элизабет как таковой?Луиджи Лукени – Михаэль ЗоушекЛуиджи Лукени – Михаэль Зоушек. Второй раз я вижу вживую «Элизабет» - и второй раз весь спектакль слежу за Лукени, а не за главной парой. Умеем, любим, практикуем (с). Зоушек был крут и попросту отжигал каждое свое появление. Соединить бешеную энергетику Серкана Кайи и самодостаточный образ Куроша Аббаси – и это будет примерно то, что играет Зоушек. Этот Лукени не просто рассказчик, он в значительной степени именно автор этой истории и наслаждается своей ролью. Его, попросту говоря, прет оттого, что он может рассказывать любые небылицы об императрице, а жадный зритель будет все также восторженно внимать. Кич, однозначно кич. И однозначно анархист – зачастую эта сторона образа Лукени отходит на второй план, но у Михаэля было очень заметно его отношение ко всем этим великосветским господам. Он фыркает, очень недобро шутит и смеется, смотрит иногда с откровенной ненавистью во взгляде – и все это с бешеной харизмой, которая заставляет зал не просто восхищаться, а буквально фанатеть по Лукени, как будто он заезжая рок-звезда. В общем, повторюсь, Зоушек был невероятно крут, а что особенно согрело мою душу – так это проявившаяся в его исполнении грань образа Лукени как создателя этой истории.Кронпринц Рудольф – Томас ХолерКронпринц Рудольф – Томас Холер. Тод-рокер, Лукени-рокер – для поклонников «Элизабет» в этом нет ничего удивительного. А как насчет рокерствующего кронпринца? Я, конечно, утрирую, но именно такое впечатление у меня вызвал голос Томас Холера. Не в том плане, что он хрипел, скрежетал или что-то еще – нет, Холер реально круто пел, в голосе чувствовала глубина и сила, а кое-где, где это было эмоционально уместно, звучала легкая хрипотца – и это звучало не просто здорово, а еще и концептуально, потому что схожесть матери и сына прослеживалась даже в их голосах. Редкий случай, когда не остается сомнений, что Рудольф – сын Элизабет, а не какой-то левый парень, донимающий императрицу. Кроме того, мне импонирует сама трактовка образа, где Рудольф выглядит не депрессующей нюней, подверженной влиянию дер Тода, а самостоятельным человеком, со своим мировоззрением и принципами, который скорее застрелится, чем подогнется под изменчивый мир или позволит себя сломать-изменить. Именно таким мне показался Рудольф-Холер, и вся связка «Die Schatten wernde laenger» - «Wenn ich dein Spiegel waere» - «Mayerlingwalzer» была сыграна очень мощно и эффектно.Честно признаюсь, что за прошедший месяц подзабыла подмеченные детали образов второстепенных героев, так что рассказывать о них не буду. Лишь подведу краткое резюме: вживую гастрольная постановка выглядит намного достойнее, чем на записях, спектакль хорошо «откатан», актеры хорошо сыграны, чувствуют свои образы и эмоционально выкладываются, а зрители принимают их очень и очень радушно. В конце концов, когда зал приветствует артистов на поклонах стоя и с такими воплями – это может примирить даже с самым «не твоим» составом